лесной зажигает
Nov. 3rd, 2007 01:10 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
109http://nl.livejournal.com/674509.html?style=mine
В небольшом казенном кабинете двое – лидер «Славянского союза» Дмитрий Демушкин и полковник УБОП Виталий Скворцов. Полковник курит у окна, стряхивая пепел в пустую жестянку на подоконнике. В окно стучится последняя осенняя муха. Демушкин сидит за столом. Перед ним – лист бумаги, карандаш и бюст Владимира Путина. Над головой прямо на него смотрит портрет Владимира Путина. Под портретом, чуть в стороне – календарь на 2007 год с фотографией Владимира Путина. Демушкин нервничает.
Полковник Скворцов смотрит на муху, выпуская в потолок струю сизого дыма.
- Скажите, Дмитрий, а вы любите Путина?
Тот вздрагивает. Щеки мгновенно становятся пунцовыми, он быстро произносит:
- Люблю, товарищ полковник.
Скворцов делает вид, что не расслышал ответа. Он смотрит то на сигарету, дымящуюся в руке, то на муху.
- Нет, - наконец оборачивается он к съежившемуся у стола человеку, - может, вам, Дмитрий, его руки не нравятся? Его губы? Может быть, глаза не нравятся? Это я не для протокола спрашиваю. Я с вами как с человеком разговариваю. Мне интересно просто. Понять вас хочется.
- Мне нравятся глаза, - быстро отвечает тот. - Особенно глаза нравятся. Они такие добрые, но строгие в то же время. Глубокие такие. Я люблю его глаза. И губы люблю. И руки. У него мужественные руки.
Скворцов пожимает плечами:
- Может быть, тебе, Дмитрий, это кажется чем-то неприятным – любить мужчину, пусть и первого в списке, пусть и лучшего, зная, что он вряд ли даже тебя по щеке когда-нибудь похлопает? Может, тебе не нравится себя ласкать, глядя на его фотографию? Может, тебе это кажется смешным, - представлять, как ты любишь его в самом сердце нашей вернувшей свое величие родины, сливаясь с ним в одно целое, подстраивая ритм бьющихся сердец под бой курантов? Может, это кажется тебе пошлым – любить президента? Любить его искренне, до дрожи, до вдавленных в ладони ногтей, до прокусанных губ, до воя в подушку? А, Дмитрий?
- Я его именно так люблю, товарищ полковник. До воя. И ласкаю именно так – с фотографией. И губы закусываю, честное слово. И ноготь вчера сломал. Опять.
Скворцов тушит сигарету, поднимает банку с подоконника, встряхивает ее.
- Я, Дмитрий, между прочим, жену свою убил. Две недели назад. А мы с ней до того двадцать два года вместе прожили – не хер собачий. Выволок за волосы во двор, бросил на первый снежок, упер ей ствол в лоб и спрашиваю, перед тем как мозги ее бабьи вышибить: «Говори, сука, кого ты больше любишь – меня или Путина?» А она, дура, - «Тебя, Виталик, тебя, родненький!» И за ноги хватает, тварь. А я с ней до того – двадцать два года. Вот ведь как бывает. Да, Дмитрий?
Человек у стола молчит. Кажется, что он уменьшился в размерах. Руки его дрожат.
Полковник вытряхивает из полупустой пачки новую сигарету. Прикуривает. Выпускает ноздрями дым. Смотрит на муху.
- В общем, Дмитрий, пиши.
Человек у стола открывает рот, но не производит ни звука. Он сглатывает, откашливается и тихо спрашивает:
- А что писать-то?
- А вот всю правду и пиши, - спокойно говорит полковник.
Демушкин пододвигает к себе лист бумаги, берет карандаш и медленно, аккуратно, усердно выводит:
Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА
В небольшом казенном кабинете двое – лидер «Славянского союза» Дмитрий Демушкин и полковник УБОП Виталий Скворцов. Полковник курит у окна, стряхивая пепел в пустую жестянку на подоконнике. В окно стучится последняя осенняя муха. Демушкин сидит за столом. Перед ним – лист бумаги, карандаш и бюст Владимира Путина. Над головой прямо на него смотрит портрет Владимира Путина. Под портретом, чуть в стороне – календарь на 2007 год с фотографией Владимира Путина. Демушкин нервничает.
Полковник Скворцов смотрит на муху, выпуская в потолок струю сизого дыма.
- Скажите, Дмитрий, а вы любите Путина?
Тот вздрагивает. Щеки мгновенно становятся пунцовыми, он быстро произносит:
- Люблю, товарищ полковник.
Скворцов делает вид, что не расслышал ответа. Он смотрит то на сигарету, дымящуюся в руке, то на муху.
- Нет, - наконец оборачивается он к съежившемуся у стола человеку, - может, вам, Дмитрий, его руки не нравятся? Его губы? Может быть, глаза не нравятся? Это я не для протокола спрашиваю. Я с вами как с человеком разговариваю. Мне интересно просто. Понять вас хочется.
- Мне нравятся глаза, - быстро отвечает тот. - Особенно глаза нравятся. Они такие добрые, но строгие в то же время. Глубокие такие. Я люблю его глаза. И губы люблю. И руки. У него мужественные руки.
Скворцов пожимает плечами:
- Может быть, тебе, Дмитрий, это кажется чем-то неприятным – любить мужчину, пусть и первого в списке, пусть и лучшего, зная, что он вряд ли даже тебя по щеке когда-нибудь похлопает? Может, тебе не нравится себя ласкать, глядя на его фотографию? Может, тебе это кажется смешным, - представлять, как ты любишь его в самом сердце нашей вернувшей свое величие родины, сливаясь с ним в одно целое, подстраивая ритм бьющихся сердец под бой курантов? Может, это кажется тебе пошлым – любить президента? Любить его искренне, до дрожи, до вдавленных в ладони ногтей, до прокусанных губ, до воя в подушку? А, Дмитрий?
- Я его именно так люблю, товарищ полковник. До воя. И ласкаю именно так – с фотографией. И губы закусываю, честное слово. И ноготь вчера сломал. Опять.
Скворцов тушит сигарету, поднимает банку с подоконника, встряхивает ее.
- Я, Дмитрий, между прочим, жену свою убил. Две недели назад. А мы с ней до того двадцать два года вместе прожили – не хер собачий. Выволок за волосы во двор, бросил на первый снежок, упер ей ствол в лоб и спрашиваю, перед тем как мозги ее бабьи вышибить: «Говори, сука, кого ты больше любишь – меня или Путина?» А она, дура, - «Тебя, Виталик, тебя, родненький!» И за ноги хватает, тварь. А я с ней до того – двадцать два года. Вот ведь как бывает. Да, Дмитрий?
Человек у стола молчит. Кажется, что он уменьшился в размерах. Руки его дрожат.
Полковник вытряхивает из полупустой пачки новую сигарету. Прикуривает. Выпускает ноздрями дым. Смотрит на муху.
- В общем, Дмитрий, пиши.
Человек у стола открывает рот, но не производит ни звука. Он сглатывает, откашливается и тихо спрашивает:
- А что писать-то?
- А вот всю правду и пиши, - спокойно говорит полковник.
Демушкин пододвигает к себе лист бумаги, берет карандаш и медленно, аккуратно, усердно выводит:
Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА Я ЛЮБЛЮ ПУТИНА